После аварии, восхождение на К2- 8611, год 2012, или инструкция по выживанию


03 Mar
03Mar

После аварии, восхождение на К2, 2012 год, инструкция по выживанию

У меня часто просят, чтобы я написала что-нибудь, типа мотиватора или что то в этом роде. Я даже не знаю, как правильно сказать. В общем, иногда в жизни происходят такие события, которые все же не убивают, и, если выжить, делают однозначно, сильнее. После таких событий туповатые выпады конкурентов или измены мужей кажутся просто детским лепетом. При этом не испытываешь никаких эмоций.

Что же все-таки делает характер железным? Порой, одно событие, и все что из него вытекает, этого достаточно.

Госпиталь Эль Шифа, Исламабад, август 2012 год. Лежу в операционной, хирург обрисовывает мне сложившуюся ситуацию. До меня, видимо, пока ещё не доходит вся серьёзность случившегося. Да соображаю очень медленно, видимо от того, что уже неделю, как на морфе. В лучшем случае, говорит хирург, через год что- то сможешь делать. Я самонадеянно думаю, что встану сразу после операции. Меня только привезли в госпиталь. Оторванная, в прямом смысле, нога, держится только на коже. Она вся черная из-за внутреннего кровотечения, она, наверное, уже гниет. Я добралась до госпиталя аж через неделю после аварии. Нужна срочная операция.

В общем, меня отключают на время операции.

Чтобы было понятно, что происходит. В следствии обрыва верёвки камнепадом, я очень нехорошо улетела. У меня оторвана левая нога. Полный разрыв связок колена. Держится эта нога только на коже. От внутреннего кровотечения её разнесло и она стала чёрной. Хирург, Пакистане из Исламабада взялся пришить эту ногу.

Через 8 часов меня вывозят из операционной. У моих товарищей очень испуганный вид. Они думали, что я умерла, так как операция длилась очень долго, 8 часов. Начинает отходить наркоз. Дикая боль, я просто ору. Меня опять увозят в операционную. Не удачно что-то там легло, говорят, поэтому так больно. Я почти теряю сознание. Меня усыпляют ещё на 4 часа.


Опять меня привозят в мою палату. Она отдельная, вообще классная, как дорогая гостиница. Если в таком состоянии в совдепию попасть, то это вообще ж....

Время сливается в боль и сон после инъекций тромала. Так лежу около недели, без движений и мыслей. Краем сознания понимаю, что вся наша команда лезет сейчас на К2. А я вот здесь валяюсь. Не повезло, Мечта и Жизнь разбита на маленькие куски. Каким-то образом мне предстоит найти точку сборки. Это пока что как то не укладывается в моем создании. Десять дней назад я несла бабину верёвки, 200 м, на К2. Я высмеивалв и называла медузами тех, кто боялся идти наверх. А теперь вот лежу в этой палате и не могу пошевелиться от боли.

Потихоньку начинаю привыкать к боли. Очень хочется пробовать вставать. Приходит физиотерапевт. Видимо, мой решительный настрой сразу виден.

-Хочу пробовать ходить, мне в Горы очень нужно вернуться, - говорю ему

-Хорошо, завтра, помощники понадобятся, - говорит

- Я после родов через две недели марафон бегала, я смогу

-Посмотрим, - и уходит

Все это дело мне не очень нравится. Подозрительно.

На следующий день приходят три!!! медбрата, так же привлекают Даву, моего товарища, он всегда здесь со мной находится.

-Готова? Давай обезболивающим уколю на всякий

-ок, готова

Физиолог даёт мне обе руки, а остальные обступают меня вплотную. Я встаю и сразу же теряю сознание от боли. Прихожу в себя в холодном поту, но не могу примириться с поражением. Я все равно смогу, повторяю себе.

- Давайте ещё раз! - опять падаю.

Так повторяется несколько раз.

-Лучше завтра продолжим,- говорит Физиолог, - это очень не просто будет.

Все уходят. Я остаюсь со своей болью и мыслями. Я реву, как умирающий зверь.

Что же мне теперь делать? Неужели я никогда больше не поднимусь на 8000+? Для меня это катастрофа. Какого хрена я вообще тогда выжила. Это полный пипец! До меня доходит, что, как вариант, я могу остаться инвалидом. Я полностью беспомощная здесь в этой палате, которая теперь для меня, как тюрьма. Я рыдаю весь день до вечера. Дава старается успокоить, говорит Абдурахман, наш офицер придёт. Я полностью безразлична ко всему. Я не хочу жить без 8000, я так не согласна!

Под вечер в истерике, звоню лечащему врачу. Он сразу приходит.

- Я не хочу быть растением, я не хочу без 8000, мы так не договаривались! Мне на хрен такая жизнь не нужна!

- Я сделал все что мог. Я пришли тебе ногу. Но научиться ходить я за тебя не смогу. Это ты должна сделать сама. Будет очень больно и сложно, может быть тебе будет казаться, что не возможно, но если тебе очень надо, ты сможешь. Ты альпинист, боец! Зубами держись за ту жизнь, которую любишь!

Ок, зубами так зубами. Прошу на следующее утро Физиолог вызвать.

Все это происходит на фоне дергающей ни на минуту не утихающей боли.

После разговора с хирургом я твёрдо решила выжить и через год зайти на 8000. Пусть даже самый простой, но он будет символом Воли к Жизни.

Но все это только начало. Пока что я и не подозреваю, что самое трудное и худшее ещё впереди

                                                ------------------------------------------------------

Вот и пришло время написать следующую главу. О том как собрать жизнь по кускам, когда кажется, что все потеряно, и о том, как никогда не сдаваться.

Пишу эти строки в общем в очень благополучном месте и в состоянии счастья и гармонии. Сегодня приехал мой муж Dоrchi Sherpa, и мы замечательно проводим время в гостинице 4 звезды в Олимпийском парке. Сейчас муж мирно спит рядом. А я все же решила написать ещё одну главу своего повествования и из этой мирной обстановке передать, что же было тогда, далёким летом 2012, когда я находилась в Исламабаде со свежем пришитой ногой и твёрдо решила вернуться в горы.

                                                 --------------------------------------------------------

Я часто слышу, как люди говорят, что у них нет выбора. Это обычно наглое вранье. Когда так говорят, не верьте, выбор есть всегда. Из определённой ситуации всегда есть множество путей. Всегда нужно остановиться и обдумать, куда ты делаешь следующий шаг, так как с каждым шагом эти пути будут становиться все дальше друг от друга. Вы видите инвалида, который просит милостыню в переходе, и у него тоже был когда-то выбор. Вы видите человека, который всем плачется на жизнь, это все хрень собачья, у него тоже был когда-то выбор. В общем этот выбор у них есть и сейчас. Только у многих духу не хватает сделать выбор, который ведёт в лучшую сторону, так как такой выбор всегда означает работу и борьбу с обстоятельствами.


В общем, вернёмся в Исламабад, в лето 2012. Короче говоря, после неудачной попытки встать на ноги, в глубокой депрессии, я решила, что вернусь в Горы во чтобы это ни стало.

Физиолог приходит ко мне два раза в день и два раза в день мы занимаемся. Я учусь делать элементарные для здорового человека вещи. Основное упражнение - это держать пришитую ногу на весу, как будто бы делаешь уголок. Это вызывает болевой шок и меня обычно тошнит. Я всегда прошу медбрата сделать морфин перед занятиями. Он, конечно же не обезболивает до конца, просто притупляет боль. В общем, я даже не умею сидеть на кресле коталке, так как был задет нерв какой то. Но хирурги все это отремонтировали и сказали, что я могу всему научиться заново. В таком виде, как я сейчас, конечно о том, чтобы перебраться в Россию не может быть и речи. Даже стечаром меня не перевезти. Но здесь в госпитале не плохо, я начала привыкать. Персонал дружелюбный, и они все хотят помочь мне вернуться в нормальную жизнь. Каждое заново освоенное движение они воспринимают, как нашу общую победу.

В один прекрасный день я решила сама опять научиться расчесываться. Обычно это делала медсестра.

Я несколько раз уронила расческу. Один раз моя рука запуталась в собственных волосах. Эта нехитрая простая задача требовала от меня всех физических и моральных сил. Но я, как робот. Раз за разом пробовала ещё и ещё раз. На третий день этого упражнения я научилась расчесываться и даже заколола несколько заколок. Получилась классная прическа, и она очень радовала глаз и мне было очень хорошо на душе от того, что я точно знала, что завтра смогу сделать все это сама.

Потом так же за несколько дней я научилась одевать брюки и пересаживаться в инвалидной кресло. Теперь вообще все было ок, так как можно было тусоваться по госпиталь в этом кресле. Я была здесь звездой.

Пришёл день второй операции. Меня мысль о том, что опять все заново приводила в ужас, но ничего не поделаешь.

Вторая операция была не долго, 3 часа всего. Через колено продернули железную спицу и сказали, что через 10 дней снимут швы, и я должна учиться ходить на костылях. А металл можно вынуть через 4 месяца, когда все запчасти в колене прирастут. Но и в этот момент нога будет все ещё не совсем готова. Металлические кольца, чтобы она не развалилась придётся носить ещё год. Согласно моему плану, подняться через год на 8000, поднимусь я туда значит, с железной ногой, которая до конца не в порядке. Но я твёрдо решила, что сделаю это через год. Каким образом это получится, пока не понятно, но решение принято.

После второй операции пробую удержать равновесие на костылях. Получается с большим трудом. О том чтобы ходить на них, пока что нет и речи. Но в госпитале все оборудовано для инвалидов, поэтому жизнь, видимо, не заставляет координально менять способ передвижения, к тому же пока что это очень больно, даже передвигаться в кресле. Попытки встать на костыли сопровождаются боевым шоком. Но!!! Я научилась расчесываться, чистить зубы, есть сама и пересаживаться в кресло и обратно. Сейчас кажется, что это мелочи, но для этого летом 2012 был проделана огромный труд. Так же мучает ужасная боль в колене. Без обезболивающих не могу существовать. Когда сплю, ногу выкладываю наружу, чтобы одеяло её не касалось. Иначе от такого касания от боли тошнит.

В общем, потихоньку, я выбираюсь из состояния овоща. Мой план подняться в сентябре 2013. Я обязательно намерена успеть. Эта цель даёт мне силы жить и бороться. Я твёрдо уверена, что если каждый день делать хотя бы шаг по направлению к цели, то обязательно её достигнешь. В моем случае, я должна каждый день делать хотя бы два или три шага по направлению к цели.

Тем временем приходит время снять швы и лечащий хирург признает меня годной для транспортировки в Россию. Хотя в это время я так и не научилась ходить на костылях... Но ничего, через несколько дней страна родная научит... Ещё предстоит вернуться....Каким было это возвращение, это следующий шок, и следующая глава нашего повествования.

Хочу сказать одно, если такой замес не сломал Вас, то потом уже не сломить ничем.

                                               ---------------------------------------------------------------

В прошлой главе я писала о том что предстоит еще вернуться. Мне есть очень много о чем написать. Но я буду по порядку, чтобы всем было понятно, что вообще происходит. Как себя чувствует инвалид со свеже пришитой ногой. Могу сказать, что очень хреново. Я в общем за месяцы в Пакистане привыкла здесь, и, конечно же понимала, что в России в таком виде в разгар летнего сезона меня никто не ждет и даже для своей семьи я буду проблемой. Говорить можно все, что угодно, но я всегда реально смотрю на вещи. Но реальность такова, что деньги страховой заканчиваются и на данный момент их хватает только на стечер до России.

Хочу сказать, что я очень благодарна Виктору Козлову , Александру Кислицину и Алексею Букиничу за переговоры со страховой и быстрое решение всех этих проблем.

Но в общем, мне пора выметаться из Пакистана, поехали дальше. Вывод, который я сделала, сумма страхового покрытия 30 000 дол это очень и очень мало.

Моим перевозчиком был самолет катарских авиалиний, все там было классно. Без особых приключений добралась до Москвы. Ну и здесь началось! Добро пожаловать в Россию

Разгар сезона. Видимо билеты до Сочи очень дорогие, и по этой причине застряю в Москве в аэро отеле. Ходить на костылях я еще не научилась. Но со мной сопровождающий. Представитель авиакомпании объясняет мне , что на сутки я задержусь в аэроотеле. Со мной , кроме сопровождающего еще имеется килограмм тромала. Его, учитывая мое состояние, никто на таможнях не отбирает. Прошу сопровождающего поселить со мной, так как передвигаюсь только на коляске.

- Не положено, - говорят.

Меня селят в классный номер. Все хорошо, только коляску мою тоже забирают

- Не положено,- говорят.

У меня оставляют пару костылей. Правда , что с ними делать, пока не понятно. Служащий отеля исчезает вместе с коляской и сопровождающим.

Дальше такие вот подробности. Я решила не есть, не пить, чтобы не идти в туалет. Я не могу ходить вообще пока что , еще не научилась. И при этом панически боюсь упасть, и что нога опять оторвется. Но сутки- это очень много. Раздается звонок по телефону внутренней связи. Девушка очень аппетитно мне озвучивает меню.

- Я не могу есть, потому что ходить не могу. Если Вы мне кого-нибудь не пришлете, нагажу на Вашей прекрасной кровати

- Такого сервиса у нас нет, - невозмутимо говорит девушка,- заказывать будете или нет?

- Буду,- озвучиваю заказ

Вот сука, думаю. Очень хочу тебя на своем месте увидеть…Ладно, думаю, посмотрим.

Приносят еду . Очень прекрасный русский обед. Я устала, если честно от их Пакистанской кухни.

Я быстренько его поедаю. Потом возникает проблема, как же добраться до сортира. Можно воплотить в жизнь угрозу и нагадить в кровать, но я все же не животное, в отличие от моих встречающих. Вдруг нога оторвется…Я в ужасе. Молюсь, читаю Отче Наш. Беру костыли, встаю, стараюсь держать равновесие. Два шага, и я возле стены, так же облокачиваюсь и на нее. Добираюсь до сортира и потом обратно. Ес!!! Это первая моя победа и первый шаг в сторону больших гор. Добираюсь обратно до кровати. Одновременно и рада и испытываю дикое напряжение. Короче говоря, рыдаю.

В обед следующего дня перелет в Сочи. От передвижений дико болит нога. Я почти ничего не ощущаю кроме дергающей боли 24 часа в сутки. Домой меня на носилках заносят Чатур и Серега Казанцев. Ден обрадовался и ползает по мне наступая на ногу. Прижимаю его к себе и опять рыдаю. Ночью не могу спать, рыдаю и рыдаю. Понимаю, чтобы даже выйти на улицу, придется еще постараться. В общем провожу ужасные деньки дома. Мои дорогие девченки- Ира Алаева и Оксана Стефанишина, они часто приходят и не бросают, хотя я в таком вот виде. Алаева Пупсик каких то колес чудодейственных надыбала, чтобы нога зарастала скорее.

В те времена у нас была целая сеть сувенирных магазинов. Хочу написать о наших рабочих Это просто без комментариев. Звонит мне соседка по аренде, тетя Зина. Мы большие друзья с их семьей.

- Оксана,- говорит,- возьми себя в руки, на работу выходи . Здесь бардак. Твой реализатор ворует по-черному. В наглую говорит, что ей ничего не будет, так как тебе конец.

Ну это уж через чур…Ладно, выйду по любому. Главное со второго этажа научиться спускаться.

Звоню своему водителю

- Эдик, привет, короче мне на работу завтра надо, за рулем сидеть не могу, разбилась сильно. В общем завтра к восьми подъезжай, поедем.

Эдик в шоке. Старается мне что-то хорошее сказать, типа в твоем искалеченном теле живет сильный дух. Честно не хитрые слова порядочного сотрудника имеют силу. Становится гораздо легче. Я верю в то, что смогу завтра спуститься по лестнице к машине.

Как я и собиралась, на следующее утро мне пришлось ехать с инспекцией и всяческими разборками в свой магазин, который находился на экскурсионном объекте 33 Водопада. В общем, это около 100 км от моего дома. Мне нужно туда добраться и постараться разобраться в том, что происходит, но для начала мне элементарно нужно добраться до машины с водителем, это значит слезть со 2 этажа на костылях. Утром закидываюсь тромалом и собираю волю в кучу. Хватаюсь обеими руками за поручни перил и прыгаю вниз со ступени на ступеньку на одной ноге. От боли мутит. Хорошо, что очень рано и на улице нет дикой жары, а то бы вырвало. В общем еще один маленький бой я выиграла, до машины добралась.

Едем в машине пару часов или более того. В общем за незатейливой болтовней с водителем, боль, как будто утихает.

Паркуемся у тети Зины. Там хранится наш товар из магазина. Тетя Зина меня обнимает и плачет. Очень рада, что я выжила, говорит. Тащусь на костылях в склад. Ящики с товаром просто тяжеленные. Беру копии всех накладных . Ящик за ящиком пересчитываю. Нога дергает, просто мутит. Я стараюсь сосредоточиться. За меня эту работу не сделает никто. В общем около 3 часов дня заканчиваю ревизию. Недостача просто огромная.

Тетя Зина приглашает пообедать. В момент обеда объявляется Оксана, так зовут реализатора. Она приехала откуда-то с Кубани на заработки. Вообще то у нас рабочий день до 9 вечера, но эта красавица уже почему-то здесь. Меня тут увидеть эта крыса явно не ожидает. У нее явно столбняк

-Оксана, ты???

- Вот ты сука! Ты что же думала мне конец и можно воровать, крыса ты конченная! А какого хрена ты здесь в три часа дня делаешь? Ты вообще в курсе, что у тебя 50 тысяч недостачи?- я передвигаюсь на костылях прямо к ней и хочу треснуть по этой наглой морде костылем.

Немая сцена. Все молчат

- Я… Короче у меня ноуд новый, вот возьми и 10 тысяч есть. Все вместе 40 тысяч.- это она мне говорит

- Ладно, в дар от инвалида самой жадной крысе на свете 10 тысяч, больше ты здесь не работаешь! Проваливай, чтобы я тебя больше здесь не видела.

Оксана быстренько исчезает

- Ксюша, возьми себя в руки, выходи на работу. Знаешь сейчас люди какие…Зная в каком ты положении, любой воровать будет..- тетя Зина говорит

В общем на том и решили. Со следующего дня придется выйти на работу. Тем более, что деньги страховой закончились, а еще одна операция предстоит и за нее надо платить.

Я не из тех людей, которые, как бомжи будут клянчить деньги с протянутой рукой. В общем эту всю ситуацию мне придется распутать самой. Хотя в обществе гораздо более популярны плакальщики которые будут ныть , клянчить деньги и орать о своей беде на весь свет, я такое считаю для себя не приемлемым. И люди, которые плачутся, у меня лично ни жалости ни уважения не вызывают. Если я буду делать что-то в таком роде, то потеряю самое важное и бесценное, это уважение к себе.

Добираюсь до дома. Из-за всего этого я просто разбита. Ночью не могу укрыться полностью, так как из-за любого прикосновения дергает нога.

С утра на работу. До машины добираюсь элементарно прыжками по лестнице. Работа идет отлично! Многие люди, которые видят, что я на костылях работаю, покупают даже из уважения к моему труду и к тому, что я не сдаюсь. Это очень морально и материально помогает. Но из за всех этих движений нога очень болит. День за днем я втягиваюсь в работу, но все эти дни превращаются в нескончаемый болевой шок. Так пролетает недели три.

Мне теперь нужно думать о следующей операции и где и как в рамках Российской действительности ее делать. Еще как-то нужно реабелитироваться. Это, конечно, может превратиться в круглую сумму. Я очень надеюсь, что поможет, по крайней мере хотя бы пространство выделит родной Клуб Карелина. По крайней мере на тот момент я его все еще считала родным.

Какие сюрпризы и уроки жизнь преподнесет мне дальше читайте в следующей главе

 Наш товарищ рекомендует мне для заключительной операции своего товарища, он даже заведующий травмотологией в нашей городской больнице в то время был.

- Мне очень нужно научиться ходить, мне на Гору нужно. Сделайте, пожалуйста операцию аккуратно, я заплачу, - прошу я этого хирурга при личной встрече

- Какая тебе гора? Ты инвалид теперь. Тебе очень повезет, если на свой этаж без костылей подниматься научишся.

….Это занавес! Кто , интересно, дипломы выдает безруким и бездушным уродцам?..

 Я тут же решаю найти по интернету хирурга, кто возьмется меня вернуть в строй. И при этом, договор тоже подпишет. Обзваниваю много клиник, отправляю описание МРТ. Меня никто не вдохновляет. В эти дни уже не работаю, а готовлюсь морально к операции. И вот, через несколько дней активного поиска, вижу в центре Сочи объявление : ЦЕНТР ПЛАСТИЧЕСКОЙ ХИРУРГИИ. Ок, сразу же звоню туда. Говорю, что нужна сложная пластика связок.

- Приходите, у нас есть, интересующий Вас, специалист,- говорит девушка на ресипшене.

Хирурга зовут БАЮР АЛЕКСАНДР ВЛАДИМИРОВИЧ. Я до сих пор благодарна этому человеку.

Дело не в том, сколько стоила операция, а в том, что после нее я поднялась на оставшиеся свои 8х 8000+.

В общем, в тот момент, прихожу на прием. Меня сразу же просто очаровывает доктор своим профессионализмом и уверенностью. Я без страха решаю доверить ему свою жизнь на период операции и реабилитации.

Операция проходит успешно.

Кропотливо и медленно я учусь всему заново. Сейчас не выхожу на работу, а стараюсь полностью сконцентрироваться на восстановлении. Реализаторы не воруют. Знают, что можно выхватить по полной, да и я уже гораздо более окрепла и могу осуществлять жесткий контроль.

Мне очень хочется вернуться в родной, как я тогда думала, клуб Карелина. До аварии они были моими спонсорами, и я, конечно, ничего там не оплачивала. Но тут происходит неожиданный опс..Наш менеджер невозмутимо говорит, что они мне больше не спонсоры и инвалид, вроде меня, никому не интересен… Теперь и тренировка будет выливатья мне в круглую сумму… Все же карман бывшему родному клубу твердо решаю не набивать, а вместо этого покупаю себе домой тренажер. Потихоньку начинаю тренироваться. За три месяца дохожу до объема 20 часов в неделю на пульсе 160.

С этого момента я решила организовать фирму, которая будет заниматься восхождениями. Мой первый серьезный 8000+ был Макалу 8463 в 2011, еще до аварии на К2. Поэтому имя моей фирме решаю дать Makalu Extreme Treks Expeditions.

Осенью, в сентябре 2013, ровно через год, как я и планировала, собираю экспедицию на

 Манаслу 8163. И 2 октября в сопровождении гидов стою на ее Вершине. Хотя нога все еще с металлическими кольцами. Но они, эти кольца, не смогли меня остановить. С этого момента я могу сказать: Я выжила в аварии на К2

Комментарии
* Адрес электронной почты не будет отображаться на сайте.